Malcolm Tucker

Ничего, у меня тоже есть о нём пара любопытных записей... И я обещаю, конкретно они будут опубликованы задолго до моей пенсии.

Кто-то в Гардиан снова цитирует «источник, близкий к правительству». Ох, этот источник очень близок. Он сидит в соседнем кабинете и высокомерно пьёт свой латте, потому что считает, что умнее всех в этом чёртовом здании.

Иногда я скучаю по тем временам, когда Англия была колониальной державой. Мне бы очень пригодилась пара крепких, не самых светлых личностей в офисе, чтобы отвечать на все эти назойливые звонки. И я не имею ввиду членов теневого кабинета.

Эта серая пелена перед глазами начинает рассеиваться, и ты молишься лишь об одном: чтобы клыкастый тролль в твоей кровати не успел обзавестись выводком.

Вернулся в Лондон. Как обычно, ни черта не видно, что мне, в общем-то, даже приятно... Вот она, наша туманная романтика. Думаю, именно этим объясняется количество разводов весной.

Шутка. Моя сестра, видимо окончательно сошла с ума, от постоянного общения с дошкольниками и решила, что ей просто необходимо уничтожить меня в политическом плане этим сгенерированным фото. Я больше никогда не буду сидеть с её детьми. Она этого не заслуживает, как и доступа к интернету.

Прилетел.

Стюардесса улыбается. Я знаю, она тоже нас ненавидит. Стало менее одиноко, но не менее мерзко.

Сейчас сижу между кричащим младенцем и мужчиной, который захватил общий подлокотник, как свою личную вотчину. Жалею, что не ампутировал ноги, хотя, думаю, к концу полёта, они сами будут жалеть. Это не перелёт, а испытание на прочность остатков моей нервной системы.

Потратил на поиск рецепта ужина что-то около часа. Я менее тщательно выбираю контент для дрочки. Хотя названия у них почти идентичны... Как по-вашему, «Козёл в огороде» – это название салата или оргии?

«Ваш звонок очень важен для нас». НЕТ, НЕ ВАЖЕН! Если бы он был важен, со мной бы ГОВОРИЛИ, а не держали на линии. Вы вообще знакомы с этим словом? Или мне принести словарь в вашу телефонную будку и вбить в вас владение устной речью?!

Разделяю отходы. Бумага, пластик, стекло. Чувствую себя идиотом. Потом всё как обычно свалят в одну кучу и сожгут, чтобы произвести электричество для работы таких же идиотов, как я. Забота об экологии – глупая сказка для взрослых, потому что Санта Клаус уже не действует.

Если в течение часа этот придурок не напишет вменяемые тезисы для речи ПМа, он будет занимать твёрдую, но гибкую позицию в очереди травмпункта.

Наш главный спичрайтер в речи для премьера написал, что «мы должны занять твердую, но гибкую позицию». Твердую, но гибкую. Видимо, такую же, как и хрящи в его суставах, чьим мелодичным щёлканьем я буду наслаждаться, как только окажусь в той каморке, которую он зовёт кабинетом.

Осмелился посмотреть как играет наша сборная. Это не футбол. Это групповой сеанс терапии для людей с хронической неспособностью передавать ничего, кроме сифилиса и бубонной чумы между друг другом, не говоря уже о чём-то похожем на мяч...

Надеюсь, они смогут промыть мне мозг и я стану таким же солнечным, как и мои соседи по дому №10.

Отдел кадров прислал памятку о «недопустимом поведении». Теперь, вместо того, чтобы удерживать нашу партию от того, чтобы достичь дна и достать лопаты, я уже второй час сижу на «тренинге по предотвращению дискриминации на рабочем месте».

Вытянул нашего нового министра из телеэфира. Пять минут словесной шелухи и ноль смысла. Похоже, эта дырка в его голове функционирует исключительно для того, чтобы сосать член, полностью утратив свою основную речевую функцию.

Просто шестеро взрослых людей на протяжении часа пытались не демонстрировать друг другу свою ненависть и по возможности, утвердить парочку поправок в новые законы младших министров.

Только что закончили «мозговой штурм». С названием ничего общего не имеет. А мозги присутствовали в беседе только номинально, составляя занятную композицию из ошмётков на стене. Так, о чём это я?

Стою в пробке. Водитель такси передо мной десять минут выбирает песню по радио. Десять. Минут. У меня в голове уже созрел план по реформе всего городского транспорта, который начинается с разрешения применять тазер к таким людям. Хотя нет, с обязательного применения.

Пытаюсь заказать ужин. Приложение предлагает «кулинарное путешествие». У меня в холодильнике путешествует только мышь и её верёвка. Выбираю между «пиццей отчаяния» и «роллами сомнительной свежести». Выигрывает виски. Хотя, чего это я... Он всегда выигрывает.

Собрал. Теперь на ней в ряд стоят черепа бывших младших министров.

Пытался собрать полку. В инструкции 12 шагов, 5 их которых – предупреждения на разных языках, чтобы не уронить её на голову. Единственное, что упало мне на голову – осознание полнейшей деградации нашего общества.

Очень рад за... кто бы это ни был. Надеюсь вы и ваша чёртова семейка никогда не додумаетесь пересечь океан и мне не придётся возиться с МИДом из-за вашей визы. Не все наши рабочие места столь вакантны для иммигрантов.

Вы даже представить себе не можете, сколько сил я убил на то, чтобы газеты не писали об... Хотя знаете, не ваше дело. Почитайте лучше про тех идиотов, что решили ездить целый день в метро без брюк.

Пришло заявление на отпуск от одной мелкой сошки из ДоСАК, чтобы «перезагрузиться». Он вернётся через две недели таким же бесполезным, но загорелым. А я перезагружаюсь каждый день, изливая всю свою злость на таких, как он. Эффективнее и без авиаперелётов.

Сейчас смотрю этот сериал про драконов и троны. Сплошные интриги, предательства и внезапные смерти. Напоминает мне планёрки по понедельникам. Только у нас режут бюджет, а не головы. Хотя я всегда настаивал на обратном.

Мой телефон исправил важное сообщение, превратив «жёсткие меры» в «пёстрые звери».Теперь меня ждёт встреча с пёстрыми зверями из казначейства. Спасибо Т9, я тебя запомнил.

Только что получил отчёт на 50 страниц, который легко можно сократить до: «всё плохо, денег нет и вы все в этом виноваты». Этот документ – литературный эквивалент белого шума. Сжечь.